Задачи психотерапии Маргарита Спаньоло Лобб.

Я думаю, что у психотерапии сегодня двойная задача: она должна возвращать чувствительность телу и давать инструменты для поддержки горизонтальных отношений, чтобы люди могли чувствовать себя узнанными, во взглядах равных других.

Маргарита Спаньоло Лобб

Миф о романтичной любви

Огромным шагом для женской части человечества будет падение мифа о "романтической любви". И я очень надеюсь, что это произойдёт при моей жизни.
В его серую шкурку прячется много всего, подкрепляемого фильмами, книгами и песнями - и эти демоны уже настолько привычны, что это пугает.
Под прикрытием "романтической любви" можно преследовать любимую, проявлять неприятную ей настойчивость, не замечать отказа, завоёвывать и добиваться, домогаться и флиртовать, изящно, как падающий с крыши рояль.
А добившись, завоевав, получив, самое время растоптать все её планы и стремления, привязать к себе, чтобы жить долго и счастливо - наделав ли ей детей, отрубив ли ей палец, "я хочу только немного подрезать твои крылышки", отрезав ли ей руки.
Не получается завоевать - тынемужик, плохо стараешься, она вон щас другого выберет, а роль отверженного возлюбленного или трагична, или комична - и никто не хочет её примерить на себя.
Мир станет безопаснее, если хотя бы два поколения не будут расти на "шедеврах" мирового ли, зарубежного ли кинематографа о любви - не надо ни про настойчивых чуваков, добивавшихся своих любимых силой, ни про гоповатых ублюдков из всяких там черно-белых отечественных хитов про любовь на производстве, ни про мягких героев Мягкова, который завоевать любовь не может, но может попробовать нанудить.
К черту романтическую любовь. Давайте лучше про здоровые отношения. Про скучные, спокойные, взаимовыгодные. Честные. Добрые. Основанные на дружбе.

https://www.facebook.com/irina.semenova.31/posts/1593020734113117

Про "сама виновата"

А вот к слову о том, что якобы "жертва насилия всегда сама виновата".
Не так была одета, не так накрашена, не то пила, не так смеялась или запрокидывала голову. Прочитала сегодня у Мити Алешковского, что, как правило, такие слова говорят насильники. Настоящие и латентные. Что им всегда выгодно настаивать на собственной невиновности, пытаться перепихнуть ответственность на жертву и доказать, что они-то нанесли минимальный вред.

И это чертовски верная мысль.
Да, насильники всегда с восторгом поддерживают идею "сама виновата".

Но разве мы не знаем десятков людей, мужчин и женщин, ни разу не насильников, тоже разделяющих эту идею?
Потому что не только для садистов она привлекательна, вот в чем штука.
Потому что есть ещё такая вещь, как магическое мышление. И "сама, сама, сама виновата" - ничто иное, как магическое заклинание, заговаривание опасности. Если я говорю, что жертва "сама виновата", я как будто достоверно знаю, чем именно она виновата, где она наступила на гранату, где дернула за опасный рычаг, а значит, смогу уберечься сам. Не буду ходить по опасным дорожкам. Никогда не стану дергать рычаги, вообще никакие. Детям своим запрещу. И ни с кем из нас ничего плохого не случится.

А эти, изнасилованные, избитые, пусть немедленно уйдут, исчезнут с глаз со своими несчастьями и жалобами - потому что "сама виновата" всегда еще и форма завуалированной агрессии. "Сама виновата" вырастает там, где ужаса и тревоги слишком много, так много, что жалеть никого сил нет, а хочется зажмуриться, оттолкнуть.

Ещё полезно помнить, что "она сама во всем виновата" лёгким движением руки превращается в "я сама виновата". Это известно всем, работающим с жертвами насилия, физического и психологического.

Это я его спровоцировала.

Не надо было спрашивать его, почему он так поздно пришел.

Я должен был знать, что она так отреагирует.

Я недостаточно внимания ему уделяла, я с головой ушла в детей.

Я не давала ему чувства уверенности, он сомневался во мне и от этого вынужден был меня бить.

Некоторые полагают, что, мол, это насильники наущают жертв испытывать чувство вины и ответственности за происходящее. Но нет, чувство вины не сифилис, им так просто не заразишь. Для жертвы в нем есть своя, пусть и неочевидная, но выгода: оно спасает от совершенно невыносимого, разрушительного для личности чувства собственной беспомощности. Лучше быть "виноватым", чем понимать, что ты не мог повлиять никак и ни на что. Лучше виноватым, чем тотально зависимым от неуправляемого внешнего хаоса.
Так что идея эта про виноватую жертву выгодна многим. Тут, скажем так, пересекаются интересы разных групп и разных пластов психики.

Более того, чувства - тревоги, ужаса, невыносимой беспомощности - возникают у каждого из нас, когда очередная жуткая история врывается в наш день и в уютненький наш фейсбучек. И соблазн сказать "да они все сами дураки и виноваты, ну как можно не понимать элементарных вещей", хотя бы шепотом, хотя бы мысленно, где-то на задворках психики, рискну сказать, тоже у каждого бывает.

А у кого не бывает, поднимите руку, можно даже и с камнем.

Но вот тут и находится та ключевая развилка, в которой мы выбираем свой путь. Либо мы произносим это магическое заклинание про себя, на заднем дворе, "не мамина, не папина, ничья-ничья-ничья покойника беда, да да да" - успокаивая свой ужас, но не теряя при этом связи с реальностью, в которой, конечно, жертва ни в чем не виновата, и жертвой может стать кто угодно в любой момент. Жизнь - страшная лотерея.
Или мы выкрикиваем его вслух, зло, яростно, пытаясь убедить если не других, так хоть себя, потому что реальность невыносима.
Невыносима, мать ее.
Уберите реальность.
И эти два пути ведут в два очень разных измерения.

https://www.facebook.com/anastasiya.rubtsova.75/posts/1769943499716493

Да и нет весят одинаково

Прекрасный текст авторства Анны Черных о том, что "да" и "нет" весят одинаково.

«Подвезти тебя до автовокзала?» — спросила Хайди, пожилая швейцарка, подруга нашей семьи. Я собиралась в город с ее дачи, идти пешком до остановки километра 3-4, а потом ещё неизвестно сколько ждать маршрутку, а от автовокзала ходит много транспорта в город, да и гулять мне не очень хотелось.

Я хотела сказать: «Да, подвези, пожалуйста», — но в этом случае Хайди придётся переодеваться из дачных штанов, открывать ворота, выгонять машину из сада, тратить время и везти меня. И мне от этого жутко неловко, поэтому я начинаю мямлить что-то вроде: «Да нет, не надо, я пройдусь наверно…» Хайди чувствует противоречие между тем, что я говорю, и тем, чего мне хочется, и, немного раздражаясь, спрашивает ещё раз: «Так, может, всё-таки подвезти?»

Я снова отнекиваюсь, пытаясь быть вежливой, мол, не хочу утруждать.
И тут Хайди преподаёт мне урок, который выручает меня вот уже 10 лет.

«Знаешь, у нас в Швейцарии говорят: «Да» и «нет» весят одинаково. Если я предлагаю тебя подвезти, то мне всё равно, скажешь ты «да» или «нет». Я готова к любому твоему ответу, мне не трудно прокатиться с тобой до автовокзала, так же, как легко — остаться дома. Но ты придумываешь, будто один из вариантов мне удобнее другого, и выбираешь его, хотя это не то, что удобно тебе. В России так часто делают. Но я хочу, чтобы ты понимала, если бы мне не хотелось тебя везти, я бы ничего не предложила. Если тебе дают выбор, один твой ответ равнозначен другому. Так тебя подвезти?»

И я сказала «Да!», просто и ясно. Потому что мне было куда удобнее и быстрее доехать до автовокзала на машине. И я была благодарна Хайди за то, что она подвезла меня, а ещё больше за то, что научила такому простому правилу.

«Да» и «нет» весят одинаково — вот, что я повторяю внутри себя, каждый раз, когда думаю, что мой ответ не понравится собеседнику.
«Да» и «нет» весят одинаково — это про то, что мы все равны и свободны.
«Да» и «нет» весят одинаково — не поверхностное правило этикета, а основа экологичных искренних отношений.
«Да» и «нет» весят одинаково — и не надо надеяться, что другой догадается, чего вам на самом деле хочется.

Когда разрешаешь себе быть прямым и открытым, даёшь эту свободу и другим.

На любой мой вопрос или предложение я готова услышать как положительный, так и отрицательный ответ. А если один из ответов для меня предпочтительнее, то я сообщу об этом своему собеседнику и сформулирую по-другому.

Например, вместо нейтрально-вежливого «Зайдёшь в гости?», в зависимости от того, чего я хочу, можно сказать: «Заходи, я буду рада с тобой попить чая и поболтать!» (предполагая, что наши желания могут и не совпасть) или «Я бы пригласила тебя в гости, но сегодня устала и хочу побыть одна».

Помню, как мои отношения с подругой вышли на новый уровень близости. Она спросила:
— Ты же поучаствуешь в организации нашего фестиваля?
— Честно говоря, нет, я себя в этом не вижу. Не хочу ничего организовывать. — ответила я, внутренне готовясь к последующему сопротивлению уговорам.
— О, знаешь, как приятно — спросил — получил ответ — пошёл дальше.

Знаю. Это сила определённости.

Сложнее, когда человек не привык, что «да» и «нет» весят одинаково. Тогда вместо простого односложного ответа на каждое «Поедешь с нами?» и «Сможешь помочь?» начинаются рассказы, какой сложный там намечается день, сколько всего нужно успеть, и как человек будет стараться всем угодить, везде и всё успеть, никого не разочаровать. Мне обычно тоскливо такое слушать.

А начинается оно в детстве. Мы учимся угадывать, какой ответ хотят от нас услышать, вместо того, чтобы прислушаться к себе. Мы рано узнаём, что на вопросы: «Тебе нравится в садике?» и «Хочешь супчик?» — есть только один желанный ответ для нашей бабушки. Узнаём, что отказ от скучного подарка или неинтересного похода в музей, видите ли, огорчит наших дальних родственников. Узнаём, что надо быть вежливым и идти другим навстречу. Узнаём, что и вопросы-то нам задают просто по привычке и из вежливости, а до реальных наших ответов никому нет дела.

Хорошо, что мы выросли и можем больше не играть в это дерьмо. И не учить этому вранью своих детей.

У каждого из нас есть право просто просить и с благодарностью принимать подарки, предложения, помощь и любовь других, равно как и право отказываться, не соглашаться, закрываться и отстаивать свои границы без чувства вины.